Все идет, все (12.02.2009)

Все идет, все проходит — и края нет, куда же оно делось? Видкиля взялось?
ОФИЦИАЛЬНАЯ историческая наука почат­ком Колиивщини считает 26 мая 1768 года. В тот день около 70 за­порожцив и почти 300 польских під-даних-селян отправились Из своего табо­ру-у Холодному Оврагу к Мотронинского монастыря, чтобы отслужить молебен за успех задуманного. Кстати, известный исследователь восстания 1768-69 лет уманский краезна­вець Григорий Храбан считал вигад­кой польско-благородной историо­графии факт освящения гайдамаками ножей. При этом ссылался на кон­кретни свидетельство участников тех событий. По его версии, впервые шляхта пустила молву, якобы царица Ка­терина II послала украинцам ножи во время крестьянских беспорядков 1789 года. Говорили, что их на двух тися­чах телег развозили русские старо­обрядци. Впоследствии эту выдумку прито­рочили к Колиивщини, а общее распространение она получила благодаря по­еми «Каневский замок» С. Гощин-ского и роману «Вернигора» М. Чайковского. В Чайковского мог позаимствовать этот сюжет и Т. Шевченко для своих «Гайдамакив». Это, зокре­ма, удостоверяет и известный биограф Коб­заря Александр Кониский.
История, к сожалению, сохранила об этом восстании больше выдумок, чем прав­ди. А некоторые обстоятельства и до сих пор не до­слиджено. Да, не имеем четких видо­мостей о многих его организа­торив, не все детали подготовки к нему знаем. По-видимому, потому, что три­валий время историю нашего народа пи­сали чужестранке, те, кому выгодно было представить освободительные соревнования украинцев как стихийный «хлопский бунт». Но это далеко не так. Еще осенью в 1767 году у православных мо­настирях приднепровья под видом послушников поселилась небольшая группа запорожских казаков, какие поста­вили перед собой задание визво­лити украинские земли из-под польско­го гнета. Считали себя продовжува­чами дела Бы. Хмельницкого. Оче­лював группу сечевик Иосиф Шелест. Есть свидетельства, которые разосланы им агита­тори в январе-феврале 1768 года побу­вали не только на территории Правобе­режной Украины, но и на русском Левобережье, на землях Запорожской Сечи. Везде призывали собираться с оружием к Мотронинского монас­тиря, чтобы «стать на защиту право­славъя, против шляхты и жидов». Так что ошибочно считается, будто спа­лах народного гнева спровоцировала деятельность печальноизвестной Барской конфедерации. Группа Шелеста, к которой входил и Железняк, просто ско­ристалась ситуацией. И здесь организа­торам не откажешь в отсутствии так­тичних способностей. Они кое-что зми­нили лозунг, которым поднимали народ: стали призывать еще и на борьбу с конфедератами, поддержать таким образом и короля, и русские войска. Это Иосифа Шелеста совет повстанцев сначала провозгласил полковником. Также было принято называться «войском запорожским», а всех по­встанцив, в том числе и тех, кто не был сечевиком, считать запоризьки­ми казаками.