Советская нота утверждала (12.02.2009)
Советская нота утверждала прекращение существования Польской государственное полное банкротство. Это должно было значить, что нельзя вести войну несуществующей страной. Деморализована политическая верхушка Польши не осмелились даже де-юре объявить войну СССР. Главнокомандующий польской армией Ридз-смигли выдал лишь директиву, в которой приказывал своим войскам отступать кратчайшими путями к Румынии и Венгрии, не вступая в ( Красной армией, за исключением случаев нападения с ее стороны. Для осуществления похода в Западную Украину был создан Украинский фронт, командование которого назначенно маршала Семена Тимошенко. Советские войска 17 сентября ( вступили в Тернополь, Збараж, Ровно. На следующий день — в Луцк, Состоянии Галич, 22 сентября — во Львов, 24 сентября — Дрогобыч, 26 сентября — Самбир и Яворов, 27 сентября — Старый Самбир. После 12-дневного марша и коротких боев с отдельными польскими частями Красная армия вышла на Западный Буг и Сян, где и остановилась.
Между СССР и Германией 28 сентября был подписанный договор о дружественном границы, который вычеркнул Польское государство из карты Европы. По настоящему договору в состав СССР отошли и большинство территорий Западной Украины (кроме Холмщини, Пидляшшя, Посяння, Лемкивщини), зато, по предложению Сталина, все поприще от Вислы к Бугу перешел в Германию. Военные части обеих сторон, которые в отдельных местах перешли обусловленную линию разграничения, получили приказ отойти, что и было выполнено. Границы СССР подвинулись на запад на 250—350 км.
Вступление Красной армии вызывало неоднозначную реакцию местного населения — от полного неприятия к пылкой поддержке. Сразу начался массовый побег на запад польских офицеров, высших государственных служебных функционеров политических партий, но др. И хоть были среди них те, кто выезжал с единственной целью соединиться с родными, кто не желал стать непроизвольной жертвой военного конфликта, большинство из них толкало за границу ненависть к Советскому Союзу и осознанию опасности возможных репрессий. Однако основная часть интеллигенции осталась и заняла в целом выжидательную (с разными оттенками) позицию, в надежде на мирное сожительство с новой властью.