При определенной схоластической (12.02.2009)

При определенной схоластической преподавания на историко-филологическом факультете Драгоманов вынес оттуда хороший вкус к самостоятельному до­слидницкой труду, и это не могло не броситься в глаза профессору общей истории В. Я. Шульгину. Правда, его предложение относительно оставления М. Драгоманова на кафедре к профессорскому званию было принято во внимание лишь позже. А сразу по окончании университета (весной в 1863 году) ему пришлось пойти учительствовать в 2-гу киевскую гимназию. Тогда же была начатая работа над подготовкой диссертации «Император Тиберий» на право чтения лекций, которая была защищена 1864 года и положила начало его научным попыткам проследить логику суспиль­ного процесса.
Из второй половины 60-х годов Драгоманов постоянно сотрудничал в русской периодике. В «Санкт-петербурских ведомостях» он становится фактически обозревателем славянских проблем. Тогда же появляются его первые статьи, посвященные национальной, народной ли, школе на Украине, что вызывало длительную полемику с «обрусителями», носителями монархической идеи — попечителем Киевского учебного округа О. Ширинским-шахматовим, министром Д. Толстим, и даже тем же В. Шульгиним — редактором официозного «Киевлянина». Анализ державно-катковского подхода к украинскому и польскому вопросам, взглядам русских славянофилов и польской прессе, на историческое прошлое и современное украин­ского народа рано или поздно должен был привести молодого Драгоманова к более глубокой заинтересованности историей украинского народа к выяснению перспектив украинского национального движения.
В это же время длится углубленное изучение Драгомановим истории Давнего Рима, государства, которое впервые закрепило правовые основы цивили­зации. Изучение истории античности и Средневековья в России в 60-х годах мало внутренний побудник: приобщить граждан к европейскому политическому и культурному опыту. В прокламации русских рево­люционерив «К молодому поколению» утверждалось о молодости ро­сийского народа. Отсюда была очевидной потребность в освоении не только отечественной, но и мировой, истории. В отличие от нынешнего времени, в тогдашней России активно переводятся труды зарубежных исто­рикив, политологов, почти в то же время с их выходом на родине. Да, «Всемирную историю» Шлоссера переводил М. Г. Чернишевский, который в статье «О причинах падения Рима» (1851), критикуя крайности «русского общинного социализма» О. Герцена, отстаивал единство исторического развития Запада и России. Поняло, почему античная заинтересованность Драгоманова не была побегом от реальной действительности.