После того, как (12.02.2009)

После того, как в начале марта в 1918 г. Центральный Совет вернулся ло Киева, ее военная концепция была изменена. Была проведена реорганизация Генерального военного штаба, а в квит­ни военное министерство и Генеральный штаб выработали новый план организации армии на основе территориального набора. Украинская ар­мия должна была состоять из 8 корпусов пехоты и 4 корпусов конницы. Разрабатывались и другие мероприятия (в частности, план призыва, который должен был начаться осенью), направленные на формирование регулярной армии. Кроме того, Центральный Совет стремился развязать вопросы, связанные с социальной защитой военнослужащих. Да, 16 апреля Гене­ральне Писарство послало Центральному Совету законопроект о помощи семенем военнопленных.
Но было уже поздно. Однако не стоит причины гибели Центра­льной Совета искать лишь в ее просчетах на военном деле — они только пополнили ряд фатальных ошибок, что их допустил Центральный Совет за свою недолгую историю.
Последние дни Центрального Совета и поучительные уроки. 4 декабря Цен­тральна Совет получил ультиматум Совнаркома за подписями Ленина и Троцкого. Обвинение со стороны советского правительства сводилось к тому, что отзывая в одностороннем порядке украинизированные войска. Центральный Совет дезорганизует фронт, кроме того, разоружает советские силы в Украине и отказывается пропустить войска против Каледина. А через два дня на заседании Всеукраинского съезда Советов М.Грушевский заявил, что в Украину уже вступила войска Радна­ркому.
В ответе на ультиматум (ее подписали В.Винниченко и С.Пе­тлюра) Совнарком обвинялся в грубом покушении на “право самоопределения Украины путем навязывания ей своих форм поли­тичного уклада”. М.Грушевский заявил, что “народные комиссары” не имеют права вмешиваться в украинские дела, а в принятой на Всеукраинском съезде Советов резолюции ультиматум определялся как “агрессивный шаг против Украинского Центрального Совета”. Наконец, В.Винниченко и М.Порш в разговоре по прямому проводу с украинской делегацией, которая находилась в Петрограде для участия в крестьянском съезде, подчеркнули, что основой для переговоров между Центральным Советом и Совнаркомом может быть признание УНР и заявление народных комиссаров о полном невмешательстве в ее внутренние дела. Большевики же, напротив, невзирая на многочисленные декларации о “самовизна­чення наций вплоть до отделения”, не переводили своих отношений с Украиной в плоскость международного права.