Этими епископами руководили (12.02.2009)
Этими епископами руководили как собственные интересы, так и искренняя озабоченность, судьбой церкви. Они верили, что высокоавторитетная и хорошо организованная католическая церковь внедрит среди православных желанный порядок и дисциплину. А еще они надеялись, что вследствие этого вырастет престиж епископов среди духовенства и мирян. Став частью католической церкви, православные, по мнению этих епископов, достанут полное равноправие в Вещи Посполитой, украинские мещане не будут больше испытывать дискриминации в городах, а православную знать перестанут игнорировать при распределении служебных должностей. Более того. епископы тоже имели бы выгоду видунии, потому что, получив ровный с католическими иерархами статус, они стали бы членами влиятельного Сената. Побуждаемые такими привлекательными перспективами, проведя несколько тайных встреч с королевскими правительственными чиновниками, католическими епископамита папским нунцием, четыре православных епископы согласились в июне в 1595 г. заключить между своей церковью и Римом унию. При условиях гарантии сохранения традиционной православной литургии и обрядов, а также таких обычаях, как право священников брать брак, они принимали верховный авторитет Рима во всех делах веры и догмы. В конце 1595 г. Терлецкий и Потей поехали в Рим, где папа Клемент VIII провозгласил официальное признание унии.
Когда разошлась весть об унии, православное общество взорвалось от возмущения. Самый выдающийся ее представитель князь Острозький был разъярен не самой унией, а тем, в какой способ она заключена. В широко распространенном открытом письме он объявил четырех епископов «волками в овечьей шкуре», которые изменили своей пастве, и призывал верующих к протесту. Послав официальную жалобу королю, которая была проигнорирована, Острозький вступил в антыкатолический союз с протестантами, угрожая поднять вооруженное восстание. В то же время по всем украинским и белорусским землям православная знать собирала свои местные советы (сеймики), на которых гневно осуждала унию. Перепуганные такими событиями, инициаторы всего дела епископы Балабан и Копистенский отреклись от своих коллег и объявили о своей формальной оппозиции унии.